aif.ru counter
Стрелки Станислав Кузнецов и Леонид Екимов продолжают серию блестящих побед на международной и всероссийской аренах
Наталья Непряева из Архангельской области обошла спортсменок из Италии и Швеции
149

«Новый день - новая дверь». Власти Поморья не видят детей-сирот?

Создатель общественной группы «Сироты Архангельской области» рассказывает «АиФ» как выживают обездоленные

Это хорошо, когда есть родители. А если их нет? Кто поможет ребёнку во взрослой жизни?
Это хорошо, когда есть родители. А если их нет? Кто поможет ребёнку во взрослой жизни? © / А.Фирсов / АиФ

Формируется областной бюджет. Вот это самые важные на сегодняшний день три слова для детей-сирот. От того, сколько денег выделят на покупку квартир для них, будет зависеть, у скольких обездоленных детей появится счастливый шанс устроить свою судьбу.

Фото: Из личного архива/ Ольга Баурова

У большинства из них нет ни прописки, ни регистрации, из-за этого они не могут участвовать в выборах, да элементарное - зарплатную карту не могут получить. «Почему? - переспрашивает Олеся Баурова, сирота из Северодвинска. - Потому что мы бомжи, мы реально бомжи».

Вот эта миниатюрная, хрупкая молодая женщина (женщиной её можно назвать с большой натяжкой, разве что девчонкой) собрала, говоря военным языком, под свои знамёна таких же, как она, детей-сирот. Она 9 лет судилась с государством за жильё, положенное ей по закону, жильё не получила, получила место в очереди: на сегодня под номером 87 по г. Северодвинску. Но она не отчаивается, её даже не смущает то, что отчаялся её гражданский муж, отец её ребёнка. Она идёт, шаг за шагом, аккуратно складывая многочисленные ответы, отписки, судебные решения в папочку. И ведь не зря, как выяснилось.

О том, как им, вчерашним интернатовским ребятам, приходится приспосабливаться и выживать в новых для себя условиях, она рассказала мне в северодвинском кафе, где мы встретились.

«Я не знаю, где мама»

- Олеся, куда ни зайдешь в Интернете, везде твой крик души: «Ребята, давайте объединяться!» Расскажи о себе.

- В интернат я пришла из детского дома. Как я оказалась в детдоме, не помню, в документах было написано, что родители привели. После того, как я закончила интернат, мне дали так называемое открепление и отправили жить к родителям. Такая ситуация у всех сирот, мы должны ехать с этими бумажками и жить с этими неприятными людьми. Я не поехала, я до сих пор не была в посёлке, где живёт мой отец. Спустя какое-то время я нашла через Интернет свою тётю, сестру моего отца. Мы иногда созваниваемся. Я и с отцом разговаривала. Спросила его, зачем он отдал меня в интернат, почему так случилось, и где он был столько лет? Он ответил, что на тот момент так было лучше для меня.

- А мама?

- Что случилось с мамой и жива ли она, я не знаю. Они все молчат. В общем, когда я  вышла из интерната, выбор у меня был небольшой, как и у всех сирот: ехать учиться не туда, куда ты хочешь, а туда, где есть общежитие. Точно так же мы и работу потом ищем: там, где дают жильё. Никто не хочет жить с родителями. Если кто-то и возвращается к ним, ситуация получается очень плачевная: драки, убийства, тюрьма или суицид. И таких историй очень много.

- Как ты решала проблему с жильём?

- Когда я окончила архангельский колледж технологии и дизайна, вернулась в Северодвинск. Но парикмахером, по специальности, я не пошла, мне не нравилось это. Я поступила в пединститут на психолога, жила в общежитии. На тот момент законы были таковы, что пособия сиротам выплачивались до 23 лет, дальше - сами. Я поступила  в институт, когда мне было 20 лет, так что после 3 курса мне пришлось бросить учёбу - элементарно было не на что жить. Я пошла работать продавцом, сняла квартиру. Мне повезло: хозяйка магазина оказалась очень хорошим человеком. Она, можно сказать, приняла в свою семью. Она и её бабушка научили меня, что такое жить в семье, как готовить, я ведь ни разу к тому времени суп не варила - просто не умела, они мне помогали, в том числе в материальном плане, и с жильём. Потом они помогли мне устроиться на завод, там давали общежитие.

«Жизнь заставила»

- Когда я прочитала твою страницу в соцсети, отметила, как хорошо ориентируешься в юридических терминах. Откуда такая подкованность?

- Жизнь заставила. А если серьёзно, когда я училась в пединституте, со мной в общежитии жила девочка, она училась на юриста и участвовала в моей судьбе. Благодаря ей я 9 лет судилась за жильё. Но на тот момент законы были другие, и они мне не помогали, суды я проигрывала. Но в 2013 году в законодательстве появились изменения, и после этого жильё уже стали давать не по «закреплению», как это делалось раньше, а потому, что по закону положено. Появился пункт о том, что если родители были лишены родительских прав, то ребёнок вправе отказаться жить с ними после окончания интерната. Этот новый пунктик мне очень помог. И ещё помог один пункт, в котором говорится, что, если сирота после исполнения 23 лет предпринимал попытки получить жильё: встать на очередь, ещё как-то заявить о себе, то есть шанс. У меня попытки заявить о себе были ещё, когда я училась в колледже. Социальный педагог, тоже сирота, помогала мне: она вела переписку с органами опеки посёлка, где проживает мой отец. Нам отвечали: есть «закрепление», пусть едет к отцу. Позже я просила дать мне письменный отказ в избирательной комиссии, где не могла проголосовать и т. д. Все эти ответы я собирала. И они сыграли решающую роль в очередном суде, где я всё-таки выиграла это дело. Ой, какое я тогда испытала облегчение - меня поставили в очередь! Это было в 2016 году. То есть 9,5 лет я билась, билась, билась, дошла даже до Верховного суда.

- Это и воодушевило поднять остальных ребят?

- Да. Когда я поняла, что что-то начало двигаться, я начала подбадривать других сирот: «Пытайтесь, закон меняется». В сентябре я создала страницу в соцсети, стала её продвигать. Там опубликовала все важные телефоны и адреса. Ведь нас много, в области на 1 августа 2018 года 1 тыс. 581 человек, из них 646 человек - сироты, которые имеют неисполненные судебные решения о предоставлении жилья. Эту информацию я получила из правительства области. Сумма, необходимая на исполнение судебных решений, составляет 1 млрд рублей. С одной стороны - эта сумма неподъёмная, с другой стороны - чиновники даже не собираются исполнять судебные решения.

- Почему? Вы спрашивали их?

- 20 сентября я ездила к министру финансов Архангельской области Елене Усачёвой. Я рассказала, что нас таких много, что решения годами не исполняются, спросила: «Как вы будете решать эту проблему? Сейчас будет формироваться бюджет, и я хочу, чтобы нас, детей-сирот, включили в этот список расходов. Причём включили не какую-то мизерную часть, как это они делают ежегодно, допустим, 20 миллионов рублей, а всю сумму. Вы понимаете, что всем этим людям реально негде жить, ломаются судьбы?» Я рассказала ей про себя, про то, что, если бы я не встретила гражданского мужа, который позже купил нам квартиру в ипотеку, я жила бы на улице. Да я и сейчас, по сути, могу в любой момент оказаться на улице, потому что меня очень легко лишить родительских прав, я же не прописана, и регистрации у меня нет.

Теплотрасса или тюрьма

- А где живут другие сироты?

- Кто где. Комнаты снимают, или за «спасибо» у знакомых. Кто-то на улице, я серьёзно говорю, в теплотрассах. Кто-то специально идёт на преступление, чтобы попасть в тюрьму, потому что они будут там в тепле и накормлены.

Вы понимаете, чиновники пользуются тем, что большинство из нас юридически безграмотны. Они просто не исполняют судебные решения, потому что единицы требуют жильё. Сейчас я говорю сиротам: подавайте на компенсацию за неисполнения решений суда. Потому что если мы все подадим, чиновники поймут, что мы знаем законы, требуем, а не сидим как мышки и ждём: когда же нам что-то дадут? Как только я создала группу «Сироты Архангельской области», мне столько сообщений стало приходить! Море! После того, как я сходила к министру финансов, я поняла, что на сегодня ситуация такая: федеральный центр должен на нас выделить деньги. Причём узнать о том, что деньги, допустим, выделены, несложно. Сложно узнать, какая сумма и на что она пошла.

- Ну дают же кому-то жильё, очередь немного движется. Что это за жильё?

- У нас в Северодвинске несколько лет назад был построен новый дом, где сироты получили несколько квартир. Квартиры некачественные, но они есть. Некоторые соглашаются на маневренный фонд, но это всё равно не повод и дальше тянуть, отказывать в жилье человеку.

- Что нужно сделать, чтобы на вас обратили внимание, ведь в других городах эта проблема решается?

- Когда я в кабинетах говорю о том, что Москва, Санкт-Петербург и некоторые сибирские города решили эту проблему, мне отвечают: «Ну, Вы нашли, с чем сравнивать». Но чем мы хуже? Нас просто не замечают, зачем добиваться денег из федерального центра? Поэтому сейчас нам нужно собрать подписи. Нужно, чтобы если не все 646 человек с неисполненными решениям суда подписались под открытым письмом, то большинство. И ведь сирот с каждым годом становится всё больше, это как снежный ком. Почему чиновники не исполняют судебные решения? Почему для них закон не писан? Почему государство может требовать с нас: налоги, штрафы и так далее, а мы с него нет?

От редакции. Скоро в облсобрании будет приниматься региональный бюджет. Параметры пока обсуждаются. Эту статью мы разошлём депутатам, очень верим, что кто-то из них откликнется, выполнит свой долг народного избранника - поможет сиротам Архангельской области. Тему держим на контроле.

Досье

Олеся Баурова родилась в посёлке Плесецк, 34 года. В 2003 году окончила северодвинский интернат. Образование - среднее специальное. Работает продавцом в спортивном магазине. Создала общественную группу «Сироты Архангельской области». Не замужем. Есть сын.





Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий
Газета Газета
Самое интересное в регионах
Роскачество